Представьте: вам почти тридцать, у вас есть работа или диплом, но вы всё ещё живёте в комнате, где на обоях — футболист вашего детства. Для молодого итальянца это не анекдот, а вполне типичный сценарий. 23 апреля 2026 года OECD в отчёте об экономике Италии назвала средний возраст, до которого в стране живут с родителями: почти до 30 лет. И дело тут не в характере и не в традициях — дело в математике работы и жилья.
Что произошло
OECD — это клуб в основном развитых стран, который регулярно разбирает экономику каждой из них и даёт рекомендации. В свежем обзоре Италии отдельная глава посвящена тому, как молодые люди входят в рынок труда — вернее, как они в него не входят.
Цифра, с которой всё начинается: итальянцы в среднем покидают родительский дом ближе к 30 годам. Средний показатель по ЕС — 26,6 года. То есть молодой итальянец живёт с родителями примерно на три года дольше среднестатистического европейца. Плюс это второй самый высокий результат среди всех стран OECD.
При этом в стране много тех, кто не работает и не учится. В 2025 году таких среди 15–29-летних было больше 15%, а среди 20–24-летних — каждый пятый.
Важная деталь: в Италии молодые и позже съезжают от родителей, и позже получают стабильный доход. Обычно это две стороны одной проблемы. О причинах — дальше.
Почему это вообще интересно
Тема выглядит почти бытовой, а на деле это тест на здоровье экономики. Вопрос простой: как сделать так, чтобы новое поколение нормально переходило от учёбы к работе и к самостоятельной жизни.
Самое простое объяснение — «они избалованы». Но OECD прямо связывает долгую зависимость от родителей с трудным переходом от учёбы к работе. То есть дело не в нежелании расти, а в том, как устроен вход на рынок труда и рынок жилья.
Если 25-летний не может снять нормальную квартиру, потому что у него временный контракт, а накоплений нет, он остаётся дома. Не потому что хочет — потому что выбор сведён к одному.
Как это работает простыми словами
Чтобы съехать от родителей, взрослому человеку нужны две вещи: деньги, которые приходят регулярно, и жильё, которое он может потянуть. В Италии обе части часто не сходятся.
С деньгами — проблема роста доходов. Реальная средняя зарплата в стране в 2025 году всё ещё оставалась ниже уровня 1990 года. Иными словами, за десятилетия покупательная способность среднего работника не выросла.
Особенно это чувствуют те, кто только начинает. Типичный итальянец и типичный немец лет в двадцать при выходе на рынок труда зарабатывают сопоставимо — примерно €20 тыс. в год. Но к 30 годам немецкая зарплата превышает €45 тыс., а итальянец дотягивается до этого уровня лишь ближе к 50. Между этими двумя кривыми — вся суть.
Что говорят факты
OECD описывает не эмоции, а конкретные механизмы.
Временная работа как норма. Больше 39% работающих итальянцев 15–29 лет имеют временный контракт против 33% в среднем по ЕС. Среди самых молодых, 15–24 лет, доля ещё выше — 53% против 47% в ЕС. Такой контракт мешает и арендовать, и взять ипотеку: и банк, и арендодатель смотрят на стабильность дохода.
Социального жилья почти нет. Доля социального арендного жилья сократилась с 4,2% жилищного фонда в 2010 году до 2,4% в 2022-м. Среднее значение по OECD — 7,1%. То есть безопасной недорогой аренды, которую дают без высокого дохода, стало примерно вдвое меньше.
Квартиры стоят пустыми. До 30% квартир в стране числятся незанятыми. Жильё формально есть, но не там, где нужно, и не по цене, которую может позволить себе молодой работник.
Ипотека дешёвая — а толку немного. В конце 2025 года средняя ипотечная ставка в Италии была 3,19% — самая низкая в ЕС. Казалось бы, бери и покупай. Но OECD подчёркивает: временные контракты и отсутствие залога всё равно ограничивают доступ к кредиту для молодых.
Что пока не решено
Здесь важно быть честными: у проблемы нет быстрого и дешёвого решения. Государство пытается помочь, но мера не покрывает главного.
С 2024 года государственный гарантийный фонд поддерживал примерно каждую пятую новую ипотеку. На 2026 и 2027 годы ему выделено по €270 млн. Это помогает тем, у кого уже есть работа и кто просто не может сразу накопить на взнос или дать залог.
Но OECD прямо говорит: фонд облегчает покупку жилья, но не устраняет три базовые причины — низкие зарплаты, нестабильную занятость и дефицит доступной аренды. Пока они на месте, гарантия по ипотеке лечит симптом, а не болезнь.
Отдельно не решён и вопрос с теми, кто вообще вне работы и учёбы. Пока таких больше 15% среди молодых — это уже не про «жить с родителями», а про то, что часть поколения выпадает из экономики.
Сколько это стоит и когда изменится
Прямой «цены на съезд от родителей» не существует — есть сумма условий. Чтобы решение заработало, должны совпасть стабильный доход и доступное жильё.
Показатель, за которым стоит следить: если реальные зарплаты снова начнут расти, а доля временных контрактов сократится, средний возраст переезда от родителей начнёт опускаться. Пока динамика скорее обратная — социальное жильё уменьшилось, а разрыв с Германией к зрелости растёт.
Гарантийный фонд финансируется на 2026–2027 годы — по €270 млн ежегодно. Отдача этой меры и станет понятна в эти два года. Но OECD даёт понять: без роста зарплат и арендного жилья эффект будет частичным.
Может ли это появиться в России?
Прямого сопоставления с Россией у OECD нет: страна не входит в организацию и в такие обзоры не попадает, поэтому сравнивать «средний возраст переезда» корректно не получится — прямых данных просто нет.
Но логика самой проблемы универсальна. Везде, где первая работа часто временная, аренда дорогая, а доход растёт медленно, молодые съезжают от родителей позже. Это не национальная черта, а следствие экономических условий. Поэтому разговор про Италию — это в том числе разговор о том, что делает переход от учёбы к самостоятельной жизни легче или труднее.
Что это изменит через несколько лет
Италия — удобный пример, потому что там все факторы видны как в увеличительное стекло. Если страна не тронет зарплаты и предложение жилья, молодые так и будут въезжать во взрослую жизнь ближе к 30 — а часть так и не въедут.
Если же начнут расти доходы и вернётся доступная аренда, изменится не только возраст переезда. Обычно вместе с этим откладывается создание собственной семьи и дети. А раз так, вопрос «где будет жить 25-летний» оказывается вопросом о том, каким будет население страны через десять-двадцать лет.
История не про лень и не про мам, которые не отпускают. Она про то, что самостоятельность — во многом экономическая возможность, а не личное качество. И для многих молодых итальянцев цена этой возможности сегодня слишком высока.
А как у вас — во сколько лет вы или ваши знакомые съезжали в первое отдельное жильё? И что оказалось труднее: заработать на него или просто решиться?
Больше понятных историй о технологиях, науке и людях мира — подпишитесь на «Мир меняется».
#общество #люди #вмире #события #технологии